Красота по…

+38 071 346 31 27
+38 062 313 05 13
Viber +38 066 43 85 227

 Этот адрес электронной почты защищен от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

Online консультации

Как нас найти

Людей на земле много, и все они абсолютно разные. Разные люди по-разному одеваются, по-разному раздеваются и по-разному стремятся к личному счастью.

Одним для личного счастья необходима грудь. Другим для того же самого нужен идеально ровный нос. Сотни тысяч людей во всем мире прибегают к помощи пластической хирургии – увеличивают грудь, разглаживают морщины, делают силиконовые инъекции в губы. Глаза, щиколотки, спина, бедра…

Все поддается коррекции. И даже мироощущение. Это лишь на первый взгляд кажется, что пластические хирурги меняют только внешность.

На самом деле все взаимосвязано. Психологический эффект операций, безусловно, очень выражен. Случается, что хирург, исправив пациенту форму ушей, буквально “вырывает” его из плена психологических комплексов. Большинство людей, приходящих на прием к пластическому хирургу считают, что все проблемы в их жизни связаны с “неудачной” внешностью. В таком случае им вряд ли поможет пластическая операция. Комплекс ущербности остается, а вместе с ним и трудности в жизни.

С другой стороны, если с возрастом мы начинаем выглядеть хуже, то почему бы с помощью современной медицины не заняться решением этой проблемы? И если внимательно вглядеться в отчеты пластических хирургов разных стран о проделанной работе, то можно прийти к любопытным выводам: что американке хорошо, то немке плохо, а англичанке и вовсе омерзительно.

Большинство недовольных своим телом или отдельными его частями живет в США. Америка – единственная страна в мире, где по этому поводу существует строгая статистика и где количество пластических операций в год вот-вот приблизится к количеству съеденных за тот же год гамбургеров. 50% всех операций, которые делают в Америке, – это липосакция, удаление жира. Поэтому производители американского общепита находятся в постоянном взаимодействии с американским Обществом пластических хирургов. Они друг друга косвенно поддерживают.

В Европе все несколько иначе. Пластических операций там делают примерно в два раза меньше, чем в Америке. И хотя Британия и переживает бум эстетической медицины, Европа по-прежнему остается континентом, где все старое автоматически становится особенно ценным.

Впрочем, идеальный возраст для пластических операций, когда еще не поздно и уже пора, определить непросто. Вот что говорит по этому поводу доктор Абдул Омарджи (MD, Австралия): “Мои клиенты – это люди от 20 до 70 лет. Главное – давать трезвую оценку пациента: нельзя оперировать всех подряд. Люди имеют свойство к завышенным требованиям и ожиданиям, поэтому всегда нужно им конкретно объяснять, что именно они получат после операции. Особого внимания требуют люди с психическими заболеваниями. Пациента нужно очень внимательно осматривать, терпеливо объяснять ему, что реально способен сделать врач”.

Мы привыкли к тому, что хирургия – действительно радикальное средство, в том числе и для коррекции дефектов нашей внешности. Именно поэтому многие предпочитают операцию спорту и диетам. Только почему-то забывают, что морщины или жир – это вовсе не аппендикс, который не появится снова.

По мнению доктора Игоря Середенко (Центр “Хирургия Красоты”, Донецк), пластическая операция хороша в том случае, когда ее делают психологически и социально благополучному человеку. Тем же, у кого операция связана с иллюзиями типа “с прямым носом меня сразу полюбят!”, она вряд ли поможет, как бы мастерски ни была проведена.

“Пациентам, зацикленным на дефектах собственной внешности, требуется в первую очередь помощь психолога, а уже потом хирурга. Хирург, так или иначе, становится и психиатром, и психотерапевтом. Я обязан отвечать и за эмоциональное состояние пациентов. Иначе я был бы просто ремесленником, машиной по производству пластических операций, – говорит доктор Игорь Середенко. – Встречаются пациенты, готовые переделывать собственную внешность по десять раз в год. Но нормальный человек, решившись на пластическую операцию, надеется избавиться от своего дефекта раз и навсегда”.

Однако если природная красота -это дар, то рукотворная – роскошь, доступная не всем. Эстетическая хирургия – это повышение качества жизни, не являющееся для пациента обязательным. Поэтому, само собой разумеется, что подобные услуги должны оплачиваться. Цены за такие операции достигают десятков тысяч евро. В Украине – на порядок ниже.

Тот факт, что пластический хирург не лечит больных, а старается “улучшить” здоровых, накладывает на него серьезные обязательства. Очевидно, что любое хирургическое вмешательство – это риск и даже в клиниках мирового уровня существует статистика осложнений. Согласно этой статистике, серьезные осложнения, такие, как сепсис или даже летальный исход, составляют 1 – 2 %. А вот неудачи чисто эстетические характерны для каждой пятой операции.

Доктор Абдул Омарджи: “В мире существует обширная судебная практика, где было много громких дел, касающихся результатов пластических операций, когда врачам приходилось выплачивать пациентам огромные суммы. Поэтому мы до мельчайших подробностей обсуждаем, как он будет выглядеть после вмешательства скальпеля. От того, насколько грамотно проведена предоперационная подготовка и результат соответствует ожидаемому, зависит реакция клиента. Например, если пациентка хочет с помощью эстетической хирургии изменить пятидесятый размер на сорок второй, мой долг объяснить, что подобное невозможно”.

А у нас, как всегда, все непросто. Пациента предупреждают до операции о том, что может случиться, и он идет на риск сознательно. И хотя тема юридической ответственности сейчас очень модна, в Украине профессия пластического хирурга официально существует только с июля 2005 года, следовательно, правовая поддержка еще отстает.

Пластическая хирургия в нашей стране переживает бум. Количество клиник постоянно растет. Статистики, ясное дело, нет вообще никакой. Кто, где, сколько раз и что себе отрезал или пришил – тайна, и это вполне устраивает пациентов. Причем наши женщины готовы копить деньги и поэтапно делать себе тело и лицо.

Что действительно изменилось, так это социальный статус пациенток: если раньше приходили в основном неработающие женщины, то теперь среди клиентов появляется все больше бизнес-леди, которые твердо знают, чего они хотят – быть красивыми. И чего они не хотят – стареть.

По данным статистики, ежегодно на стол пластических хирургов в мире ложатся более 6 миллионов человек, и 85% из них составляют женщины. 44% всех пластических операций делают люди в возрасте от 35 до 50 лет. Лидерство в косметической хирургии занимает коррекция формы носа. Форму груди исправляют около 20 % пациентов клиник.

“Отцом” современной пластической хирургии считается уроженец Кенигсберга Жак Жозеф. В своих трудах он изложил практически все фундаментальные основы современной косметической хирургии. В 1896 году в Берлине Жозеф впервые провел успешную операцию по исправлению формы ушей.

Психологи считают, что люди, ступившие на путь искусственного исправления недостатков своей внешности, оказываются в серьезной психологической зависимости. Для обозначения подобного недуга есть особый термин – “дисморфофобический синдром”.

Толчком для массового развития косметической хирургии стала первая мировая война. Обезображенные лица раненых послужили отличной практикой для хирургов и поводом для проведения научных исследований в области эстетической медицины.

Марина Бирюкова

Фото: Олег Ермишин

Журнал “Буржуа”, декабрь 2005

Назад